Впечатления участника пресс-конференции Президента России Дмитрия Медведева.

Поневоле приходится сравнивать, поскольку был и на пресс-конференциях Владимира Путина в пору его президентства. Те проходили в Кремле, где сам державно-византийский стиль интеръеров настраивал на определенный лад. Здесь все было попроще или демократичнее, если хотите. Хотя само здание школы управления в Сколково впечатляет.

У журналистов, а их было более 800, не отобрали даже мобильные телефоны, что для пресс-конференций такого уровня беспрецедентно. Медведев вел пресс-конференцию сам, стоя, а длилась она больше двух часов.

Зачем рассказываю об этих деталях? Дело в том, что в организации подобных мероприятий мелочей нет: все заранее продумывается, все символично.

Ну а если по сути?

Вопросов было много: и про отношения с Америкой и НАТО, и про техосмотр, и про второй срок президентства, и про Северный Кавказ, и про налоги и коррупцию… Ответы — юридически выверенные, грамотные, спокойные. Но журналисты, собравшиеся со всех концов страны, все-таки ожидали другого: если не сенсаций, то каких-то неожиданных программных заявлений. Их не случилось. И после пресс-конференции в разговорах многих коллег звучало разочарование: зачем собирали, все это мы ежедневно слышим по телевизору.

А ведь конкретные и острые вопросы были. В частности их удалось задать журналисту из Свердловской области и по совместительству руководителю сельхозпредприятия Василию Мельниченко. Он озвучил три беды современного российского села. Цитирую.

«Первое — банкротство сельскохозяйственных предприятий. Тысячи квадратных километров разоряются, так как все вывозится, в том числе скот вырезается, арбитражными управляющими.

Второе — это конечно, сильная криминальная нагрузка на нас, в том числе бывают и непонятные всякие налоговые дела.

И третье — это практически отсутствие местного самоуправления, то есть отсутствие власти на местах».

Сформулировано, надо сказать, абсолютно точно, «Сельская новь» пишет об этих проблемах из номера в номер.

Что же ответил Президент? Цитирую только то, что касается сути вопроса.

«Я считаю, что нужно очень внимательно относиться к введению процедур банкротства на селе. Но просто запретить — это тоже было бы, наверное, неправильно. Я подумаю, каким образом, может быть, изменить законодательство в части, касающейся признания сельхозпроизводителей несостоятельными и проведение по отношению к ним конкурсных процедур. Там должна быть специфика. Конечно, они очень сильно отличаются, например, от торговых предприятий и даже от промышленных предприятий. Это, безусловно, так. Это же касается и налогов, и местного самоуправления».

То есть понимание, вроде бы , есть. Но от понимания до конкретных действий у нас, к сожалению, огромная дистанция. Улита едет, когда-то будет… Между тем сотни сельхозпредприятий за последние годы уже обанкрочены. Там, где они были, сегодня растут сорняки и гуляет ветер. А это значит, прибавилось безработицы, пьянства, беспросветной бедности в российском селе.  Кому это выгодно?

Тот же Василий Мельниченко сообщил Президенту, что 3 июня крестьяне разных регионов России соберутся в Москве у Лобного места, чтобы высказать главе государства свою боль и обиду.

«У Лобного не буду встречаться…» — ответил Президент.

В зале юмор оценили и посмеялись.