06/04/2006

Первая любовь

Ольга Егорова, Республика Беларусь

«Ты только дождись ...»

История первой любви, сумевшей пережить смерть

Наташа и Таня были близнецами, младшими дочками в большой белорусской семье Птушко. У Тани теперь уже своя семья, она живет счастливо, а Наташка умерла в шестнадцать лет.

Рябый Слуп - место, где похоронена Наташа. Сколько здесь выплакано слез, пережито, передумано. И каждый раз все заново.

- Вы считаете, что это мы помогаем чернобыльцам? Нет, нет, это вы помогаете нам. Это вы помогаете спастись нашим душам, - высокий американец обнял маму Наташи Птушко Альбину Куприяновну. Они стояли у могилки. Тихо капали капельки с сосульки... Больше никаких звуков, даже не слышно, как пахнет весна...

Наташа стала дочкой Полу Моору, а его сын - родным Альбине Куприяновне, Тане, братьям. Так случилось. Однажды, в очередной раз прилетев в Минск, старший Пол Моор взял с собой своего пятнадцатилетнего сына, тоже Пола, почти что ровесника больной девочки. И тот вошел к ней в палату...

Только что в Минске разгрузили целый самолет с гуманитарной помощью, собранной Моором-старшим для пострадавших от Чернобыля детей. Там медикаменты, витамины, одежда, даже тетрадки и краски для рисования малышам в онкологическую клинику. Боровляны...

Ненасытная больница, которой все больше и больше надо бинтов, капельниц, шприцов, заменителей крови. И одновременно спасительный остров, над которым даже сквозь весну все равно пробивается дыхание химиотерапии... Тут лежат дети из разных краев Беларуси, многие умирают. Именно сюда и привезли Наташу Птушко с заболеванием, с которым пока что часто не в силах справиться врачи.... Пол-младший вошел к Наташке, улыбнулся ей. И она улыбнулась. С этого мгновения в борьбу за ее жизнь вступила любовь...

Первая, робкая, но и самая сильная, святая. Несколько дней всего они были рядом, почти не расставаясь. Никто не знает, о чем говорили девчонка и мальчишка, как понимали друг друга. Горе одно! Не разнять детей ничем. Наташе чуточку лучше, а Полу надо возвращаться в Америку... Даже мама, Таня, отец, братья, подружки, врачи не могли понять, какая сложная ночь пережита перед прощанием, как было больно. Но Пол не отошел от Наташиной постели ни на минуту, и она, приходя в себя, просто расцветала, улыбалась... Поднялась на постели и проводила его взглядом. Счастье в невыносимой боли, почти безнадежное? Да, самое драгоценное счастье. И надежда на жизнь!

«Боинг» увез младшего Пола в Америку. Они стали писать друг другу письма. Немного их было - всего несколько штук. На английском и на русском.

Американский Ромео и белорусская Джульетта не хотели думать о смерти! От писем Пола Наташа буквально оживала - это признали и врачи. Однажды старший Моор даже отправил очередной самолет в Беларусь раньше намеченного, лишь бы поскорее передать письмо от сына в Боровляны!

«Ты только дождись...»

Наташе чуть лучше - сколько радости! А Пол ревет, не хочет учиться... «Отец, возьми с собой, к Наташе! Хоть пешком...»

- Не плачь, мужайся, сынок.И он понял, что Наташи больше нет. - Как же так, вот же ее письмо?!

Девочки не стало в феврале. Последнее письмо Пола пришло в Беларусь уже после ее смерти. Наташа так и не узнала, что он хотел ей сказать.

- О, этот Рябый Слуп... - рассказывала Альбина Куприяновна. - Несколько километров везли дочку, а ехали будто бы несколько жизней подряд.Тут, под Смолевичами, на небольшом старом кладбище, на пригорке, весенний ветер раньше, чем в округе, сметает снег, обнажая кресты. Что пережили - лучше не вспоминать. Наташка, красавица, любимица, родилась в феврале и умерла в феврале. Жить стало холодно...

Мудро повел себя Пол Моор-старший. Он не запретил сыну ехать в Минск, наоборот, брал с собой еще и еще раз, разрешил войти в дом Наташи, стать родным Тане, братьям, родителям. Пойти на кладбище в Рябый Слуп, чтобы еще раз пережить расставание.

Казалось бы, вот и конец всей истории. Но она только начиналась. Судьба как будто решила с Наташиной смертью давать свои уроки всем этим людям....

За несколько минут сгорел дом Птушко - старый барак на несколько семей. Выскочили в чем были.

«Выходите из положения сами...»

- Как жить? Дети еще не встали на ноги. Снова начинай все сначала, - Альбина Куприяновна и не надеялась, что все изменится к лучшему, и очень скоро. - Стройплодащку дали - пустой угол улицы. Ничего нет, кроме земли. Одно дерево растет, под которым сижу и реву. И все. И ни гроша за душой...

- Сгорел дом? Вылетаем, - это Пол Моор с сыном уже спешили на помощь Птушко. Приехали сперва в Рябый Слуп на кладбище к Наташке, а только потом к Альбине Куприяновне и Анатолию Владимировичу.

Дом начинается с проекта. Ровно столько Моор и дал сперва денег. Начинайте, дескать, подниматься, отвлекитесь, стройтесь... Птушко переселились в общежитие, им выделили несколько комнат как многодетной семье. И вот начали стройку. По прекрасному литовскому проекту двухэтажного дома. Горе легче пережить, если добро рядом.

Разровняли участок, почистили от камней, стали строиться, ведь Анатолий Владимирович Птушко - строитель. От первого камня в фундаменте - все сам. Дети тоже с отцом в любую свободную минутку. Подвели газ, все удобства в доме предусмотрели, даже современные стеклопакеты заказали. Теперь уже всей семьей писали письма в Америку: «Проект - лучше не надо. Строимся потихоньку...»

А младший Пол Моор вновь мчался на помощь. С деньгами, а главное - с готовностью предложить себя в качестве подсобного рабочего. В один из очередных приездов, вернувшись с кладбища в Рябым Слупе, он неожиданно для Альбины Куприяновны вдруг завел разговор. Смущаясь. - Даже не знаю, как мне сказать тебе... мама. Прости меня, я женюсь. Тебе понравится Джессика.

Они обнялись и вернулись домой окончательно родными. Через некоторое время родился сын, и Пол назвал его Сашкой... Джессика тоже приезжала к Птушко. Ходила в Рябый Слуп на могилку к Наташе пешком. Замерзла на ветру, пробыла на кладбище долго.Наташкина душа, витавшая зимним лучиком солнца сквозь все страдания и беды, помогала тем, кто остался, помогала в чем-то безмерно большем, чем просто земная благополучная жизнь, земное счастье, земная добродетель. Пол Моор-старший, Пол Моор-младший, Джессика, Альбина Куприяновна, Анатолий Владимирович, Таня, братья прочувствовали это. И чувствуют до сих пор.

Построили свой дом Птушко под Новый год. Успели положить паркет и въехать. Елку поставили большущую, какой раньше даже малышам - Наташе, Тане, Диме и Кириллу - не могли дать в бараке или общежитии. Когда я в очередной раз навестила их, Альбина Куприяновна стояла на втором этаже и сияла: старшая дочь приехала с мужем и сыном из Красноярска, жарят курицу к ужину, а ей надо скорее на электричку в Минск, на тракторный завод, который тоже помог строить дом.

Почти всю жизнь тут проработала на самых тяжелых участках. Альбине Куприяновне и Анатолию Владимировичу есть что рассказать старшей дочке и ее семье, которые жили далеко, о произошедшем, выстраданном за последнее время. О самой большой февральской боли.Теперь о Наташе и Поле Мооре даже сложили стихи и песни. Их сложили дети! Дети из той самой больницы в Боровлянах, из онкологического центра, куда и теперь прибывает огромная гуманитарная помощь со всего мира. Лекарства, цветные карандаши, разноцветный бисер...

Зачем разноцветные карандаши, акварельные краски и бисер очень больной, самой больной на свете больнице? Чтобы дети могли быстрее выздоравливать! Наташа Птушко не успела ничего нарисовать и вышить, но успела другая девочка, Марина Луферчик, которая сделала из бисера двадцать крокодильчиков и подарила их друзьям, не разделяя, больным и здоровым. Каждому по одному крокодильчику. И другие больные дети тоже дарят свои рисунки и вышивки друзьям.

Проект этот «Дети Чернобыля - будущему Земли» придумала прекрасная женщина, минчанка Наталия Георгиевна Полякова. Здоровые дети приехали в Боровляны к больным. Чтобы подружиться, отвлечь от боли.Вышивали, рисовали, писали стихи и читали книжки. А потом решили все вместе соткать один гобелен - чернобыльский - и послать его в ООН.

Нет, это не «черный» проект. Не стремление прославиться. И не «акция». Это просто искреннее желание продлить жизнь еще хотя бы одному больному ребенку. Чернобыль ведь за двадцать лет постучался не в одну судьбу...

Альбина Куприяновна Птушко познакомилась с Наталией Георгиевной Поляковой благодаря Наташе и Полу. Дружит и теперь. Обе больше всего удивляются тому, сколько же доброты и сил есть в детях, о которых, оказывается, как правило, мы так мало знаем. Пытаемся, пытаемся узнать - и все равно ничего не знаем...


Комментарии

    Комментариев к статье нет!

Другие статьи раздела

Кризисный центр. Если тяжко мужику...

Супружеская измена

Мать-одиночка - не одинока!

Семейный финансовый поток

Воспитание детей до года

Версия для печати
Рейтинг@Mail.ru
© 2004-2016.
Все права защищены. Воспроизведение материалов без письменного разрешения ЗАПРЕЩЕНО.
Создание и поддержка сайта - Редакция сайтов.